что через некоторое время замечаете, что не продвигаетесь дальше. Деньги исчислимы. И если мы
оценим все наше имущество и обнаружим, что у нас сегодня меньше нуля, тогда возникает вопрос: а
для чего я, собственно, работаю? Во-вторых, мы лишаемся мотивации к труду, так как уже сегодня
вознаградили себя за будущую работу. В-третьих, мы знаем или, по меньшей мере, предполагаем, что
долги потребления — это плохо. Если мы сознательно действуем против Вашего внутреннего
убеждения, то теряем уверенность в себе. А недостаток уверенности в себе приводит, в свою очередь,
к слабой мотивации поступков.
Мы выносим большую часть мотиваций поведения из предположения, что наше положение в
будущем улучшится. Мы достигаем этого улучшения, работая над долгосрочной стратегией, чтобы
зарекомендовать себя специалистом. На кого давят долги, тому не хватает времени и мотивации для
осуществлении такой стратегии. Вместо этого он должен постоянно заниматься непринципиальными
вещами — только в силу того, что они стали безотлагательными.
Если мы чего-то можем ожидать с уверенностью, так это неожиданностей. Тот, кто берет
кредиты, покупает сегодня то, что он хочет оплачивать будущими заработками. Но будущие
заработки могут и не появиться — помешают неожиданные обстоятельства. Мы все знаем, что
банкиры очень нервничают, если мы своевременно не платим взносы по кредиту, так как наш доход
неожиданно упал. Нервничающие банкиры отнимают у нас мотивацию и вкус к жизни. Мы все
знаем, что делать потребительские долги, по меньшей мере, неумно. Почему же сегодня быть в
долгах — норма?
Откуда берутся долги?
Важно, чтобы Вы поняли: в сложное положение Вы попали не случайно, а потому, что у Вас
есть или у Вас были ошибочные догматы веры.
Вспомним, как функционирует наш мозг. Мы делаем все, чтобы избегать боли и испытывать
радость. Долги возникают, как правило, из-за того, что кто-то хочет избежать боли в данный момент.
Быть не в состоянии позволить себе что-то, чего очень хочется, означает отказ, а отказ означает боль.
Мы испытали бы, однако, радость, если бы купили красивую одежду или могли хорошо провести
отпуск. Мозг всегда более сильно реагирует на сиюминутное и непосредственное. То, что мы загоня-
ем сами себя на длительный срок в сложную ситуацию, если слишком много покупаем, нам не так
уде и важно. Наш мозг хочет именно сейчас избежать боли и именно сейчас испытать радость.
Люди обладают способностью к стратегическому планированию и анализу. Однако программа
Сейчас-Пережить-Радостъ-И-Сейчас-Избежать-Боли сильнее, чем аналитическая программа.
Все знают, что длительная боль от того, что мы увязли в долгах, гораздо сильнее, чем
относительно малая боль одномоментного отказа. Какое мудрое знание! Только, к сожалению, за
последние 4 000 лет оно так и не привело к уменьшению потребительских долгов. Долги возникают
отнюдь не на основе разума.
Чтобы пояснить, как сильно программа Сейчас-Пережитъ-Радость-И-Сейчас-Избежать-Боли
влияет на наши действия, я хотел бы рассказать Вам о вавилонянах.
Уже древние вавилоняне делали потребительские долги. Они шли к предшественникам
сегодняшних банкиров — ростовщикам. Ростовщик задавал вопрос, который мы слышим и теперь
ВО время переговоров с банкирами: “Есть ли Вас гарантии?” Вавилонянин, наряду с обычными и
сегодня гарантиями, мог Предложить еще кое-что — самого себя. Вследствие этого ростовщичество
процветало: каждый мог получить кредит, так как каждый мог предложить в залог себя самого. Если
вавилонянин оказывался не в состоянии вернуть долг, его продавали как раба. Как сегодня дом идет с
молотка, так шел с молотка человек. Девять из десяти рабов заканчивали свою жизнь “у стены”.
По описаниям античных историков, например, Геродота, стены Вавилона производили сильное
впечатление и принадлежали к семи чудесам света. Возведенные при царе Навуходоносоре, стены
были высотой более 50 метров, длиной примерно 18 километров и так широки, что по верху стены
могла пройти шестерка лошадей.
Эти стены строились рабами. Работа была невероятно тяжелой. Солнце немилосердно
обжигало строителей, тащивших на верх кирпичи. Средний срок жизни раба составлял три года. Если
он падал от истощения, надсмотрщик избивал его кнутом. Если же он, несмотря на побои, не мог
больше подняться, его сталкивали со стены, и он разбивался внизу о скалы. Ночью трупы увозились
прочь.
Эти сцены вавилоняне наблюдали каждый день. Работающие рабы были постоянной и
вездесущей действительностью, которую осознавал каждый житель города. Но интересно, что при
этом две трети всех рабов у стены были не обращенными в рабство военнопленными, а горожанами,
58
Page 1 |
Page 2 |
Page 3 |
Page 4 |
Page 5 |
Page 6 |
Page 7 |
Page 8 |
Page 9 |
Page 10 |
Page 11 |
Page 12 |
Page 13 |
Page 14 |
Page 15 |
Page 16 |
Page 17 |
Page 18 |
Page 19 |
Page 20 |
Page 21 |
Page 22 |
Page 23 |
Page 24 |
Page 25 |
Page 26 |
Page 27 |
Page 28 |
Page 29 |
Page 30 |
Page 31 |
Page 32 |
Page 33 |
Page 34 |
Page 35 |
Page 36 |
Page 37 |
Page 38 |
Page 39 |
Page 40 |
Page 41 |
Page 42 |
Page 43 |
Page 44 |
Page 45 |
Page 46 |
Page 47 |
Page 48 |
Page 49 |
Page 50 |
Page 51 |
Page 52 |
Page 53 |
Page 54 |
Page 55 |
Page 56 |
Page 57 |
Page 58 |
Page 59 |
Page 60 |
Page 61 |
Page 62 |
Page 63 |
Page 64 |
Page 65 |
Page 66 |
Page 67 |
Page 68 |
Page 69 |
Page 70 |
Page 71 |
Page 72 |
Page 73 |
Page 74 |
Page 75 |
Page 76 |
Page 77 |
Page 78 |
Page 79 |
Page 80 |
Page 81 |
Page 82 |
Page 83 |
Page 84 |
Page 85 |
Page 86 |
Page 87 |
Page 88 |
Page 89 |
Page 90 |
Page 91 |
Page 92 |
Page 93 |
Page 94 |
Page 95 |
Page 96 |
Page 97 |
Page 98 |
Page 99 |
Page 100 |
Page 101 |
Page 102 |
Page 103 |
Page 104 |
Page 105 |
Page 106 |
Page 107 |
Page 108 |
Page 109 |
Page 110 |
Page 111 |
Page 112 |
Page 113 |
Page 114 |
Page 115 |
Page 116 |
Page 117 |
Page 118 |
Page 119 |
Page 120 |
Page 121 |
Page 122 |
Page 123 |
Page 124 |
Page 125 |
Page 126 |
Page 127 |
Page 128 |
Page 129 |
Page 130 |
Page 131 |
Page 132 |
Page 133 |
Page 134 |
Page 135 |
Page 136